Верховный суд расставил приоритеты: уголовный арест сильнее банкротства. Арбитражные суды не вправе его снимать — даже если процедура встанет на паузу на годы.

В судебной практике банкротства давно назревал конфликт между интересами кредиторов и интересами потерпевших по уголовным делам. Спор шел о простом, но принципиальном вопросе: можно ли снять уголовный арест с имущества должника после открытия конкурсного производства? Год назад ВС уже обозначил, что потерпевшие не имеют привилегий перед другими кредиторами. Но ключевой вопрос — кто именно вправе отменять уголовный арест — оставался открытым.

Теперь ВС поставил точку: уголовный арест может снять только тот, кто его наложил. Введение же процедуры банкротства к автоматическому снятию наложенных в рамках уголовного дела ограничений не ведет.

Две истории — один результат

Поводом стали два дела: банкротства «Гема-Инвест» и «Мир дорог».

В первом случае на девятиэтажное здание «Гема-Инвеста» следствием был наложен арест по делу о сговоре при размещении рекламы в Московском метрополитене. Ущерб метрополитену оценили почти в 900 млн руб. Параллельно в деле о банкротстве компании ее кредитор - банк «Траст» - пытался снять арест, чтобы реализовать предмет залога, попавший под арест. Но безуспешно: арбитраж отказал, как и следственные органы. В итоге «Траст» подал жалобу в Верховный суд, указывая на прецедент по делу Олега Сметанина.

В том деле экономколлегия пришла к выводу, что потерпевшие по уголовному делу не обладают преимуществами перед другими кредиторами, а значит, при банкротстве с имущества должника должны сниматься все аресты - включая те, что наложены в рамках уголовного процесса.

Во втором деле под арест попали денежные средства на счетах банкрота ООО «Мир дорог», в результате чего конкурсный управляющий лишился возможности производить с ними какие-либо операции. Суды первой и апелляционной инстанций не увидели в этом никаких нарушений, с чем не согласился конкурсный управляющий. Тот пошел дальше и пожаловался в Верховный суд: по его мнению, такая позиция судов нижестоящих инстанций фактически позволяет «заморозить» конкурсную массу на неопределённый срок ущерб интересам кредиторов.

Оба спора дошли до Верховного суда. Дела были переданы в экономколлегию - что само по себе почти гарантировало пересмотр. Более того, ВС даже направил запрос в Конституционный суд, указав, что законодательство о банкротстве и УПК создает правовую неопределенность. Однако КС тянул с ответом полгода, и ВС решил действовать самостоятельно.

Что сказал Верховный суд

Экономколлегия ВС неожиданно резко очертила границы полномочий арбитражных судов. В определениях от 19 ноября Верховный суд подтвердил:

• ч. 1 ст. 26 Закона о банкротстве, предписывающая снятие всех арестов при открытии конкурсного производства, не распространяется на аресты, наложенные в рамках УПК;
• снять арест может только орган, ведущий уголовное дело, - следователь или суд общей юрисдикции (ст. 115 УПК);
• обращение в арбитражный суд за снятием такого ареста является ненадлежащим способом защиты;
• арбитражный управляющий не лишён права обращаться в порядке УПК с заявлениями об отмене или изменении меры, но решать вопрос будут суды общей юрисдикции.

Итог: все решения нижестоящих судов, отказывающие в снятии арестов, оставлены без изменения. Аресты сохраняются.

Последствия для практики: банкротства подвиснут

Юристы сходятся в одном: позиция ВС усиливает приоритет уголовного процесса и создаёт серьёзные риски в банкротстве.

• Арестованное имущество (как правило, весьма дорогостоящее) нельзя продать, а значит, нельзя и завершить конкурсное производство с максимальным удовлетворением требований кредиторов;
• Уголовные дела могут годами находиться в «активном» состоянии - как в деле «Гема-Инвест», приостановленном из-за розыска обвиняемого.
• Кредиторы будут вынуждены годами ждать снятия арестов, хотя их требования никак не связаны с уголовным делом.
• Управляющим придётся идти в суды общей юрисдикции и фактически участвовать в процессе, параллельном уголовному.

Риски очевидны: банкротство превращается в неопределённый длительный процесс, а формирование конкурсной массы - в борьбу с бюрократическими ограничениями, мало связанными с целями Закона о банкротстве.

Значение позиции ВС

Экономколлегия решила существовавшую годами коллизию между УПК и Законом о банкротстве, закрепив приоритет уголовно-правового режима. При этом ВС пошёл на это, не дожидаясь разъяснений Конституционного суда – что само по себе подчёркивает уверенность в собственной позиции.

Теперь участникам процедур банкротства придётся либо добиваться благосклонных решений следствия, либо готовиться к тому, что процедура будет длиться столько, сколько длится уголовное дело. А это годы.

Наши комментарии и больше подробностей можно прочитать в телеграм канале Экономколлегия ВС